Болезнь мейера: Болезнь Меньера

Содержание

Болезнь Меньера: лечение заболевания | Клиника Рассвет

Быстрый переход
Болезнь Меньера — заболевание внутреннего уха, проявляющееся системным головокружением, снижением слуха по сенсоневральному типу, субъективным шумом в ушах.

Распространенность заболевания колеблется от 3,5 до 513 случаев на 100 000 населения в различных странах. Болезнь внезапно поражает людей в возрасте 40-50 лет, мужчин и женщин в равной степени. В 30% случаев поражаются оба лабиринта (оба уха).

В патогенезе болезни Меньера важную роль играет эндолимфатический гидропс (водянка) — увеличение объема эндолимфы, заполняющей перепончатый лабиринт внутреннего уха и, как следствие, его растяжение с раздражением рецепторов. За счет избыточного давления на рецепторы возникают слуховые и вестибулярные симптомы: снижение слуха, субъективный ушной шум, нистагм (непроизвольные колебательные движения глаз), отклонение туловища в пространстве, тошнота, рвота, сердцебиение.

Этиология данного заболевания окончательно не изучена.

Стадии заболевания

I (начальная) стадия. Характеризуется периодически возникающим или усиливающимся ушным шумом (низкочастотный шум, напоминающий шум моря), ощущением заложенности или давления в ухе, флюктуирующей (то нарастающей, то ослабевающей) сенсоневральной тугоухостью. Периодически возникают приступы системного головокружения (ощущение вращения себя или окружающего пространства вокруг) продолжительностью от 20 минут до 12 часов, сопровождающиеся тошнотой и рвотой. Регистрируется спонтанный нистагм в сторону раздраженного лабиринта. В межприступный период жалоб нет.

II стадия. Характеризуется выраженными клиническими проявлениями. Приступы головокружения длятся от 20 минут до 12 часов, сопровождаются ушным шумом и сенсоневральной тугоухостью, прогрессирующей с каждым последующим приступом головокружения, а также тошнотой и рвотой. По данным аудиограммы фиксируется флюктуирующая сенсоневральная тугоухость II-III степени, сохраняющаяся в межприступный период.

III стадия. Типичные системные головокружения становятся более редкими. Наряду с типичными приступами системного головокружения появляются шаткость и неустойчивость походки. Субъективный шум в ушах присутствует постоянно, редко усиливаясь в момент приступа. При исследовании слуха по данным аудиометрии отмечается стойкая сенсоневральная тугоухость (без флюктуации).

Критерии диагностики

  • Два и более спонтанных приступов головокружения длительностью от 20 минут до 12 часов
  • Подтвержденное на аудиометрии сенсоневральное снижение слуха на низких и средних частотах перед приступом головокружения, во время него или после
  • Слуховые симптомы — субъективный шум, ощущение давления («полноты») в пораженном ухе
  • Исключены другие заболевания, проявляющиеся головокружением, расстройством равновесия, снижением слуха.

Для диагностики гидропса лабиринта проводится дегидратационный тест (регистрация — в динамике — тональной пороговой аудиометрии, разборчивости речи, отоакустической эмиссии после приема дегидратирующего средства — диуретика) и электрокохлеография (регистрация электрических потенциалов, которые генерируются во внутреннем ухе и слуховом нерве в ответ на звуковую стимуляцию).

Для исследования вестибулярной функции выполняется видеонистагмография или электронистагмография (исследование нистагма) с проведением вращательной и калорической проб.

Дифференциальная диагностика

Болезнь Меньера дифференцируют (различают) с острым нарушением мозгового кровообращения, доброкачественным пароксизмальным позиционным головокружением (ДППГ), опухолями мостомозжечкового угла, вестибулярным нейронитом, рассеянным склерозом и другими заболеваниями, которые могут проявляться системным головокружением.

Необходимо помнить, что головокружение может наблюдаться при приеме некоторых групп лекарственных препаратов.

Лечение болезни Меньера

Цель лечения — прекращение или снижение частоты головокружений и уменьшение выраженности приступов, предотвращение снижения слуха.

В период приступа пациентам рекомендуется принять горизонтальное положение, оставаться неподвижными, стараться зафиксировать взгляд на каком-либо предмете. Для лечения используются вестибулолитики — препараты, облегчающие симптомы: антигистаминные, противорвотные средства, а также бензодиазепины и антихолинергические средства.

В межприступный период могут использоваться диуретики, блокаторы кальциевых каналов.

Продолжается изучение эффективности транстимпанального (введение лекарства через барабанную перепонку) применения глюкокортикостероидов. Однозначных выводов пока нет, данных, полученных в ходе уже проведенных исследований, недостаточно. Остается также спорным вопрос о целесообразности применения бетагистина. Результаты исследований противоречивы, мы склоняемся к мнению, что его эффективность скорее всего соизмерима с плацебо.

При тяжелом течении применяется трантимпанальное введение гентамицина — антибиотика, который оказывает токсическое действие на рецепторные клетки, полностью угнетая вестибулярную функцию на стороне поражения. Побочным эффектом препарата является стойкое снижение слуха, поэтому нерационально использовать данное лекарство на I и II стадиях заболевания.

В тяжелых случаях рассматривается хирургическое лечение — операции на эндолимфатическом мешке, разрушение лабиринта, пересечение вестибулярной части VIII черепно-мозгового нерва.

Пациентам с Болезнью Меньера рекомендуется изменение образа жизни: полноценный сон, уменьшение стресса, бессолевая диета, исключение кофеина, алкоголя и табака.

В межприступный период — вестибулярная реабилитация (специальный комплекс упражнений для компенсации расстройств равновесия), психотерапия, в частности, когнитивно-поведенческая.

При стойкой сенсоневральной тугоухости пациенту рекомендуется подбор слухового аппарата.

Для лечения болезни Меньера не рекомендуется использование сосудистых, метаболических, гомеопатических или каких-либо других средств и методов лечения с недоказанной эффективностью.

В случае выявления вероятной болезни Меньера врачи Рассвета направляют пациента на полноценное обследование к отоневрологам — в научно-исследовательские или специализированные частные центры, с которыми сотрудничает наша клиника.

Автор:

Чекалдина Елена Владимировна
оториноларинголог, к.м.н.

Болезнь Меньера — цены на лечение, симптомы и диагностика болезни Меньера в «СМ-Клиника»

Основное проявление болезни Меньера – системное головокружение. Такое состояние является приступообразным и длится от нескольких минут до нескольких дней. Наиболее часто фиксируют атаки продолжительностью от 2 до 8 часов. Во время приступа у пациента возникает ощущение перемещения, вращения окружающих предметов, проваливания или вращения собственного тела. Симптомы настолько интенсивные, что человек не может сохранять вертикальное положение тела, старается лечь. При попытках изменить позу возникают тошнота и рвота.

Приступ может сопровождаться вегетативными реакциями, такими как:

  • тахикардия;
  • потливость;
  • бледность;
  • похолодание конечностей;
  • одышка.

Приступы провоцируют значительные физические нагрузки, утомление, вдыхание табачного дыма, употребление алкоголя и другие факторы. Перед атакой пациенты отмечают усиление ушного шума, кратковременное улучшение слуха, незначительные нарушения координации движений. Подобные предвестники в медицине называют «аурой».

После приступа у больных наблюдается общая слабость, шаткость походки, тяжесть в голове, ушной шум, снижение слуха. По мере прогрессирования заболевания симптомы усиливаются и сохраняются дольше. При тяжелом течении проявления присутствуют на протяжении всего периода между атаками.

Тугоухость при болезни Меньера нарастает постепенно. Сначала пациент замечает ухудшение слышимости низкочастотных звуков, шепота. Расстройства усугубляются с каждым новым приступом. Со временем развивается полная глухота.

Ориентируясь на симптомы и их частоту, врачи выделяют 3 стадии развития болезни Меньера:

  • Начальная.Приступы возникают несколько раз в год, длятся до 3 часов. Симптомы яркие, однако тугоухость развивается очень медленно, незаметно для самого пациента и чаще с одной стороны. Больные обычно не замечают снижения слуха, полагая, что после приступа он полностью возвращается к норме.
  • Разгар заболевания. Приступы возникают до нескольких раз в неделю, сопровождаются вегетативными нарушениями. Больные жалуются на постоянное ощущение шума или заложенность уха с одной стороны. Слух снижается с каждой новой атакой.
  • Затухающая стадия. Типичные приступы исчезают. Почти постоянно наблюдаются шаткость походки и дискоординированность движений. Возможны резкие падения из-за внезапной активации вестибулярных рецепторов. Тугоухость приобретает двусторонний характер.

Изменения в диете в лечении болезни или синдрома Меньера

Вопрос обзора

Каково влияние изменений в диете – ограничения употребления соли, кофеина и алкоголя, вместе или по отдельности – на симптомы у людей с болезнью Меньера?

Актуальность

Болезнью Меньера страдают примерно 200 из 100 000 людей. Состояние называется болезнью Меньера, если невозможно определить причину, и синдромом Меньера, если причина его развития известна. Пациенты с этим состоянием испытывают эпизоды головокружения, потерю слуха, ощущение давления и шум в ушах (звон или жужжание в ушах).

В настоящее время стандартного лечения болезни Меньера нет, и варианты лечения варьируют от изменений в диете до медикаментозного и, в некоторых случаях, хирургического лечения. Считается, что болезнь Меньера вызывают нарушения объема или состава жидкости во внутреннем ухе (известной как эндолимфа). Употребление соли может влиять на концентрацию электролитов (солей и минералов, проводящих электрические импульсы в организме) в крови, что, в свою очередь, может влиять на состав эндолимфы. Таким образом, поступление соли может способствовать возникновению симптомов, а ограничение ее употребления можно использовать для контроля объема и состава эндолимфы. Употребление кофеина и алкоголя может приводить к спазму кровеносных сосудов (вазоконстрикции) и уменьшению кровоснабжения внутреннего уха, что может усугубить симптомы у пациентов. Многие врачи рекомендуют изменения в диете (питании) в качестве лечения первой линии, поскольку этот вариант считается относительно простым и недорогим. Мы хотели выяснить, эффективны ли изменения в диете, и получают ли пациенты верные рекомендации о вариантах лечения. Также мы хотели убедиться в отсутствии задержки потенциально более подходящих вариантов лечения из-за неэффективных вмешательств, что приводило бы к неприятным симптомам и прогрессированию болезни.

Характеристика исследований

Мы искали высококачественные исследования (рандомизированные контролируемые испытания) изменений в диете (ограничения или замены соли, кофеина и алкоголя, вместе или по отдельности) в сравнении с отсутствием ограничений у взрослых с болезнью или синдромом Меньера. Наш поиск актуален по состоянию на март 2018 года.

Основные результаты

Мы не нашли рандомизированных контролируемых испытаний, которые отвечали бы критериям включения в обзор.

Качество доказательств и выводы

Доказательств из рандомизированных контролируемых испытаний относительно ограничения потребления соли, кофеина или алкоголя у пациентов с болезнью или синдромом Меньера нет. Для ответа на этот вопрос нужны высококачественные исследования со строгой методологией (например, рандомизацией, ослеплением и тщательным ведением регистров пациентов) и включением лишь тех пациентов, которые отвечают принятым диагностическим критериям болезни Меньера. Также важно рассмотреть вопрос о возможном вреде или нежелательных эффектах изменений в диете.

Болезнь Меньера | Университетская клиника г. Фрайбурга

Описание

Морбус Меньера или болезнь Меньера – это редко встречающееся заболевание внутреннего уха. Согласно научным исследованиям, для него характерно нарушение поглощения жидкости в среднем ухе и скопление в нем, вследствие этого, большого количества эндолимфы.  В связи с тем, что среднее ухо выстлано кожистой мембраной, жидкость может растекаться по её поверхности в ограниченном пространстве. Это приводит к повышению давления в среднем ухе и частичному повреждению слуховой улитки.

Симптомы

Острая форма болезни характеризуется классическими симптомами:

  • головокружение
  • нарушение координации движений
  • тошнота и рвота
  • нарушение слуха: одностороннее снижение слуха во время головокружения с ощущением шума и звона в пораженном ухе

В качестве побочных признаков болезни Меньера у пациентов иногда наблюдается нистагм — невозможность сосредоточить взгляд на определённых предметах, что ещё в большей степени способствует нарушению вестибулярной функции. В промежутках между приступами такие симптомы болезни, как головокружение, нарушение равновесия, отсутствуют. В дополнение к этому могут возникнуть вегетативные симптомы в виде тахикардии или чрезмерного потоотделения.   Во время приступов заболевания  происходит резкое снижение слуха за счет поражения внутреннего уха. При этом слух бывает часто флюктирующим: он может  то ухудшаться, то через некоторое время снова восстанавливаться.  Затяжное течение болезни зачастую  приводит к односторонней, а иногда и полной глухоте.

Причины и риски

Причины появления болезни Меньера до сих пор не выявлены. Существует теория, что эта болезнь обусловлена наследственным фактором, так как встречается у некоторых членов семьи в виде определенных анатомических особенностей органов слуха и вестибулярного аппарата, например, отклонения в их строении.  Считается, что такие аномалии развития могут стать причиной болезни Меньера. Предполагают, что, в некоторых случаях, заболевание проявляется в результате перенесенных травм внутреннего уха. К другим возможным причинам возникновения болезни Меньера относят неблагоприятные экологические факторы (например, повышенный уровень шума), вирусные инфекции, нарушение кровообращения.

Обследование и диагноз

Важнейшими принципами в диагностике болезни Меньера являются тщательный анализ анамнеза заболеваний пациента и изучение подробного описания симптомов.

Диагноз болезни Меньера может быть установлен, если у пациента наблюдались, по меньшей мере, два спонтанных приступа с сильным головокружением продолжительностью не менее 20 минут, сопровождающихся чувством давления и шума в ушах или его отсутствием. Кроме того, с помощью аудиометрических тестов констатируется снижение слуха. К другим методам диагностики заболевания относятся:

  • электрокохлеография: проверка функциональности волосковых клеток кортиевого органа путем регистрации электрических импульсов от улитки и слухового нерва. Изменения амплитуды и их длительности позволяют подтвердить избыток эндолимфы и повышение ее давления во внутреннем ухе;
  • аудиометрия: проведение ряда необходимых тестов по исследованию слуха и определению порогов дискомфорта и слуховой адаптации: SISI- теста, Fowler- теста, глицеринового теста, камертонального теста Вебера для определения  латерализации  звука  на стороне здорового уха,  BERA- теста (Brainstem Evoked Response Audiometry) – исследование реакции слухового нерва и ствола мозга.

С целью исключения акустической невриномы слухового нерва проводится магнитно-резонансная томография с помощью введения контрастного вещества и Т2 взвешивания.

Лечение

Поскольку причины возникновения болезни Меньера неизвестны, и причинно-следственной терапии просто не существует, лечение заключается, в основном, в устранении симптомов заболевания. При этом следует различать лечение и профилактику острых приступов. Наряду с определёнными лекарственными препаратами в симптоматической терапии могут применяться и хирургические процедуры. Для смягчения симптомов во время острых приступов против головокружения используются так называемые антивертигинозные средства и противорвотные препараты — от тошноты. В некоторых тяжелых случаях врач назначает внутрисосудистое введение лекарств. При сильной рвоте потерю жидкости и электролитов из организма необходимо компенсировать также внутривенными вливаниями. Если приступы происходят часто и в тяжелой форме, рекомендуется длительное лечение с соблюдением определенных временных интервалов. Уменьшению количества приступов головокружения способствует применение активного вещества бетагистина, но, фактически, полного излечения болезни Меньера до сих пор не наблюдалось.

Если консервативные способы лечения не дают положительного эффекта, можно, в крайнем случае, прибегнуть к частичному удалению структур внутреннего уха.  Для проведения этой процедуры через барабанную перепонку непосредственно в среднее ухо вводится антибиотик, (как правило, гентамицин) или местный анестетик.

Головокружение можно также устранить с помощью операции, в ходе которой перерезается вестибулярная ветвь VIII нерва. Этот хирургический способ приводит к потере слуха в пораженном ухе, поэтому данную процедуру можно применять только в случае полной глухоты. В качестве альтернативного метода возможно применение так называемой саккулотомии — дренирования эндолимфатического мешочка с целью улучшения   всасывания  эндолимфы  и уменьшения давления во внутреннем ухе.

Течение и прогноз

Курс заболевания очень индивидуален. У одних людей он может состоять из одного-единственного приступа. В большинстве случаев приступы могут повторяться. Иногда болезнь Меньера может внезапно прекратиться и никогда больше не проявляться.  Нарушения слуха и координации движений, обусловленные заболеванием, могут сохраняться длительное время, а приступы болезни могут привести к односторонней глухоте. Если болезнь сохраняется на протяжении пяти лет, то, примерно у 50 % людей, страдающих этим недугом, может наступить полная глухота.

Болезнь Меньера — симптомы, диагностика, лечение

Болезнь Меньера — это заболевание внутреннего уха, которое сопровождается следующими симптомами:

Синдром Меньера обычно поражает только одно ухо. Может развиться в любом возрасте, но чаще она встречается у взрослых в возрасте от 40 до 60 лет.

Приступы головокружения могут возникать внезапно или после короткого периода шума в ушах или нарушения слуха. У одних людей приступы головокружения возникают не часто. Другие могут испытывать головокружения несколько раз в течение дня. Головокружение при болезни может быть настолько сильным, что приводит к потери равновесия и падениям. Подобные симптомы носит название «дроп-атаки».

Причины возникновения симптомов

Симптомы болезни Меньера вызваны скоплением жидкости в отделах внутреннего уха, называемых лабиринтом.

В лабиринте находятся органы равновесия (полукружные каналы и отолитовые органы) и слуха (улитка). Он состоит из двух частей: костного лабиринта и перепончатого лабиринта. Перепончатый лабиринт заполнен жидкостью, называемой эндолимфой, которая в органах равновесия стимулирует рецепторы при движении тела. Затем рецепторы посылают в мозг сигналы о положении и движении тела. В улитке жидкость сжимается в ответ на звуковые колебания, которые стимулируют сенсорные клетки, посылающие сигналы в мозг.

При болезни Меньера накопление эндолимфы в лабиринте вызывает дисбаланс и нарушает передачу слуховых сигналов между внутренним ухом и мозгом. Такая аномалия вызывает головокружение и другие симптомы болезни Меньера.

Почему люди заболевают болезнью Меньера

В настоящее время причины, которые провоцируют болезнь Меньера, до конца не изучены. Некоторые исследователи считают, что болезнь Меньера является результатом сужения кровеносных сосудов, аналогичных тем, которые вызывают мигрень. Другие считают, что болезнь Меньера может быть следствием вирусных инфекций, аллергии или аутоиммунных реакций. Поскольку болезнь Меньера, по-видимому, передается по наследству, она также может быть результатом генетических изменений, которые вызывают нарушения в объеме или регуляции эндолимфальной жидкости.

Диагностика

Диагноз болезни Меньера ставится на основании анамнеза и физического обследования. Врач может направить пациента на несколько видов обследований, чтобы подтвердить диагноз болезни Меньера.

Диагностические тесты

  • Тональная аудиометрия
  • Слуховой ответ ствола головного мозга (ABR-тест)
  • Компьютерная томография (компьютерная томография)
  • Магнитно-резонансная томография (МРТ).

Синдром Меньера часто сопровождается низкочастотной нейросенсорной тугоухостью в пораженном ухе, поэтому тональная аудиометрия обычно выполняется для оценки пороговых значений слышимости на разных частотах, особенно откликов в низкочастотных областях. Другие тесты, такие как слуховой отклик ствола головного мозга (ABR-тест), компьютерная томография (КТ) или магнитно-резонансная томография (МРТ), могут потребоваться, чтобы исключить другие причины, такие как опухоль или давление на преддверно-улитковый нерв (черепной нерв VIII).

Лечение

От болезни Меньера пока нет лекарств. Но чтобы уменьшить симптомы можно предпринять следующие действия:

  • Уменьшить или отказаться совсем от курения
  • Снизить потребление чая, кофе, острой пищи.

Другой распространенный способ — это диета с низким содержанием соли, поскольку высокая концентрация соли заставляет организм удерживать лишнюю жидкость и приводит к колебаниям давления жидкости во внутреннем ухе. При необходимости врач может назначить диуретики для снижения уровня соли.

При головокружении и / или приступах головокружения пациенты могут принимать пероральные лекарства от головокружения.
В особо серьезных случаях может проводиться хирургическое лечение, чтобы удалить избыток эндолимфатической жидкости во внутреннем ухе или разрезе нерва, отвечающего за балансировку.

Однако такая операция может подвергнуть пациентов риску нарушения слуха или паралича лицевого нерва. Следовательно, хирургическое вмешательство является крайней мерой и требует тщательного предоперационного обследования.

Фоминов Дмитрий Витольдович

Врач сурдолог-оториноларинголог первой категории. Ведет прием взрослых и детей. Стаж работы: с 2013 г.

Ведет прием взрослых и детей:

Минск, ул. Немига, 42 Центр хорошего слуха

Симптомы и лечение болезни Меньера

Болезнь Меньера характеризуется чрезмерным объемом эндолимфы (жидкости, которая содержится в лабиринте внутреннего уха) и, как следствие, повышением внутрилабиринтного давления. Это сопровождается шумом в ушах, потерей слуха и приступами системного головокружения. Заболевание чаще встречается у пациентов в возрасте 20-50 лет, хотя нередко регистрируется и у детей.

Причины возникновения болезни Меньера

Сегодня доподлинно неизвестно, почему развивается заболевание. Есть несколько теорий на это счет:

  • • Анатомическая теория. Некоторые эксперты считают, что патология связана с особенностью строения височной кости и недоразвитием вестибулярного канала у некоторых людей.
  • • Генетическая теория. Часть специалистов считают, что болезнь закодирована генетически. Это подтверждают некоторые последние исследования.
  • • Сосудистая теория. О сосудистом характере патологии говорил собственно сам Меньер. В пользу этой теории говорит частое сочетание заболевания с мигренью.
  • • Аллергическая теория. Исследования показывают, что аллергические реакции чаще развиваются у пациентов с болезнью Меньера, чем среди населения в целом.
  • • Метаболическая теория подразумевает задержку ионов калия в пространстве лабиринта. По мнению приверженцев этой теории этот процесс сопровождается интоксикацией клеток эпителия, вследствие чего и развиваются симптомы.

Симптомы и течение болезни Меньера

В большинстве случаев заболевание проявляется со стороны одного уха. Типичные симптомы заболевания включают в себя:

  • • шум и заложенность в ушах;
  • • интенсивные головокружения;
  • • снижение слуха;
  • • расстройства координации движений.

Перечисленные симптомы могут наблюдаться в различных сочетаниях.

В своем течении болезнь Меньера проходит 3 этапа:

  • • Начальная стадия. Характеризуется редкими эпизодами головокружения — до 2 раз в год. Головокружения могут появляться в любое время суток, длятся до 3 часов, часто сопровождаются тошнотой.
  • • Слуховые нарушения отмечаются не постоянно, возникают во время эпизода и быстро проходят после него.
  • • Разгар болезни. Эпизоды беспокоят несколько раз в месяц, часто — ежедневно. Шум в ушах отмечается постоянно и нередко усиливается во время приступа. От эпизода к эпизоду нарастает ухудшение слуха.
  • • Стадия затухания. Приступы возникают намного реже или полностью прекращаются. При этом пациента все равно беспокоят некоторые нарушения координации. Часто имеет место снижение слуха — сначала одностороннее, а затем затрагивающее и второе ухо.

Возможны различные варианты течения заболевания. Основные его формы:

  • • Классическая, которая характеризуется одновременным развитием снижения слуха, нарушений координации и головокружений.
  • • Кохлеарная, когда на первый план выходят нарушения слуха, а вестибулярные нарушения присоединяются позднее.
  • • Вестибулярная, при которой заболевание дебютирует сильнейшими головокружениями, с дальнейшим присоединением слуховых нарушений.

Диагностика болезни Меньера

Диагноз болезни Меньера зачастую достаточно субъективен, поэтому многие профессиональные ассоциации рекомендуют использовать следующие критерии для достоверного определения заболевания:

  • • не менее двух эпизодов головокружения с ощущением вращения в пространстве и продолжительностью от 20 минут до 12 часов;
  • • подтвержденная сенсоневральная тугоухость во время приступа или после него;
  • • периодически возникающие и исчезающие слуховые нарушения — шум в ушах, ощущение заложенности уха;
  • • отсутствие иных причин состояния.

Универсального способа диагностики заболевания не существует, поэтому каждому пациенту необходимо проводить достаточно большой спектр исследований и оценивать их в динамике. При постановке диагноза необходимо исключать другие болезни и состояния, которые могут вызвать схожую симптоматику. Для этого рекомендовано комплексное обследование с участием специалистов смежного профиля: эндокринолога, невролога, окулиста.

При осмотре пациента сохраняет актуальность проведение классических равновесных тестов:

  • • Проба Ромберга. Пациент стоит с вытянутыми вперед руками и закрытыми глазами. Оценивают время и степень устойчивости в этом положении.
  • • Проба Унтербергера. Марширование на месте с закрытыми глазами.
  • • Проба Барани. Исследуемый должен попасть своим указательным пальцем в палец врача с открытыми, а затем закрытыми, глазами.

Эти тесты достаточно надежно показывают функциональное состояние вестибулярной системы, позволяют определить истинное головокружение.

Важным аспектом диагностики является подтверждение гидропса лабиринта, то есть чрезмерного скопления в нем эндолимфы. Косвенно об этом может свидетельствовать дегидратационный тест с осмотическими диуретиками (мочегонными). Для этого проводят измерение остроты слуха пациента с помощью аудиометрии, вводят мочегонное и повторяют аудиометрию через определенные промежутки времени. Если спустя 2-3 часа пациент слышит лучше во всем диапазоне частот, то проба считается положительной. Еще одним методом диагностики эндолимфатического гидропса является электрокохлеография, при которой регистрируют электрическую активность улитки и слухового нерва.

Решающее значение имеет дифференциальная диагностика. Врачу необходимо исключить ряд заболеваний, таких как:

  • • инсульты, преходящие нарушения мозгового кровообращения;
  • • мигрень;
  • • черепно-мозговая травма;
  • • фистула лабиринта;
  • • внутричерепные опухоли;
  • • вестибулярный нейронит;
  • • рассеянный склероз.

Спровоцировать головокружение могут некоторые лекарства, психогенные расстройства и многие другие причины, о чем всегда нужно помнить при постановке диагноза.

Принципы лечения

  • • Симптоматическая терапия.
  • • Профилактика приступов.
  • • Абляция вестибулярного нерва

Обычно эпизод болезни Меньера заканчивается самостоятельно без медицинской помощи. Для облегчения состояния используются симптоматическое лечение. При отсутствии эффекта от консервативной терапии в некоторых случаях выполняют абляционные вмешательства.

Для профилактики новых приступов рекомендуют:

Хотя эти принципы профилактики общеизвестны, патогенетически обоснованы и используются повсеместно, серьезных исследований, подтверждающих их эффективность, к сожалению, не проводилось.

Наименее инвазивным вариантом хирургического лечения является эндолимфатическая декомпрессия, которая облегчает симптомы болезни при минимальном риске ухудшения слуха. По сути, это несколько хирургических техник, позволяющих обеспечить отток эндолимфы из лабиринта.


Болезнь Меньера, лечение в Нижнем Новгороде

Клиническая картина болезни Меньера

Заболевание обычно дебютирует в возрасте 30-50 лет; одинаково часто встречается у мужчин и женщин.
Приступы при синдроме Меньера провоцируются переутомлением, стрессом, перепадом атмосферного давления (перелёт в самолёте) и т.д. Приступы характеризуются определённой последовательностью развития симптомов. Вначале появляются ощущения полноты, заложенности и шум (гул) в ухе. Спустя несколько секунд или минут возникает системное головокружение, интенсивность которого быстро нарастает, а затем постепенно (от 20 минут до 12 часов) уменьшается. Головокружение сопровождается тошнотой, рвотой, неустойчивостью, а также выраженными вегетативными проявлениями – усиленным потоотделением и др. В момент приступа больные стараются лежать неподвижно, так как любые движения головой усиливают головокружение и сопутствующие симптомы. Снижение слуха, лёгкое пошатывание и тошнота могут сохраняться на протяжении нескольких дней после завершения приступа. Однако если после первых приступов слух восстанавливается полностью, то после повторных начинает прогрессивно ухудшаться – развивается тугоухость. Постоянными становятся также шум в ухе и неустойчивость. В позднем периоде заболевания приступы головокружения становятся реже. Основные жалобы, которые предъявляют пациенты – это «изнуряющий шум» и «глухота».

Частота развития приступов при болезни Меньера колеблется от 2 раз в неделю до 1 раза в год и реже. В редких случаях заболевание может проявляться только вестибулярными (головокружение) или только кохлеарными (шум в ухе, ухудшение слуха) симптомами.

Диагностика болезни Меньера

Дифференциальный диагноз болезни Меньера проводят с острой и хронической нейросенсорной тугоухостью, вестибулярным нейронитом, доброкачественным пароксизмальным позиционным головокружением, невриномой кохлео-вестибулярного нерва, синдромом Меньера при вторичном эндолимфатическом гидропсе (сифилис и т.д.) и др.

Дисплазия Мейера: диагноз, который следует рассмотреть

Описание

Двухлетний мальчик с ничем не примечательной историей болезни, поступивший в отделение неотложной помощи из-за внезапной боли в левом бедре и хромой походки, без лихорадки или травм. При наблюдении признаков воспаления и ограничения подвижности суставов не было. Рентгенография бедра выявила расширение медиальной суставной щели и меньшее по размеру, неправильной формы, ядро ​​окостенения проксимального отдела левой бедренной кости без конденсации и других эпифизарных изменений (рис. 1).Лабораторные данные не показали повышенных воспалительных показателей. Пациенту было проведено ультразвуковое исследование тазобедренного сустава, которое исключило выпот; и компьютерная томография, которая подтвердила рентгенологические данные. Затем был предложен диагноз дисплазии Мейера (MD), и симптомы исчезли в течение нескольких дней с минимальной анальгезией. В возрасте 4 лет он остается бессимптомным с прогрессирующим рентгенологическим улучшением при ортопедическом наблюдении.

Рисунок 1

Рентгенологически при дисплазии Мейера с неравномерностью проксимального эпифизарного ядра бедренной кости и отсутствием консолидации, фрагментации и эпифизарного коллапса.

MD — редкое нарушение развития тазобедренного сустава, характеризующееся задержкой и нерегулярностью окостенения проксимального эпифизарного ядра бедренной кости. 1, 2

Дифференциальный диагноз состоит в основном из болезни Пертеса (БП). Недавние исследования показывают, что до 5% пациентов, которым изначально был поставлен диагноз БП, имеют БД. При БД есть несколько независимых очагов окостенения, которые постепенно сливаются в единое ядро. В отличие от БП, отсутствуют аспекты эпифизарной конденсации, фрагментации, субхондральных переломов или коллапса.Симптомы, если они присутствуют, являются легкими и преходящими.3 Диагноз можно установить с помощью простой рентгенографии, не требующей дополнительных исследований. Развитие благоприятное, эпифиз достигает нормальной формы и размера.2, 3 Лечение не требуется, прогноз хороший.1, 3 Для подтверждения разрешения рекомендуется клиническое и рентгенологическое наблюдение.1, 3

Очки обучения

  • Мейер дисплазия (MD) — редкое, но доброкачественное заболевание. Не следует путать с болезнью Пертеса (БП), которая включает серьезные изменения в развитии тазобедренного сустава.

  • Более широкое знание клинико-лучевых характеристик MD важно для его быстрого распознавания и предотвращения ненужных диагностических и терапевтических процедур у детей. В этом случае можно было избежать ультразвукового исследования и компьютерной томографии.

Произошла ошибка при настройке вашего пользовательского файла cookie

Произошла ошибка при настройке вашего пользовательского файла cookie

Этот сайт использует файлы cookie для повышения производительности. Если ваш браузер не принимает файлы cookie, вы не можете просматривать этот сайт.

Настройка вашего браузера для приема файлов cookie

Существует множество причин, по которым cookie не может быть установлен правильно. Ниже приведены наиболее частые причины:

  • В вашем браузере отключены файлы cookie. Вам необходимо сбросить настройки своего браузера, чтобы он принимал файлы cookie, или чтобы спросить вас, хотите ли вы принимать файлы cookie.
  • Ваш браузер спрашивает вас, хотите ли вы принимать файлы cookie, и вы отказались. Чтобы принять файлы cookie с этого сайта, нажмите кнопку «Назад» и примите файлы cookie.
  • Ваш браузер не поддерживает файлы cookie. Если вы подозреваете это, попробуйте другой браузер.
  • Дата на вашем компьютере в прошлом. Если часы вашего компьютера показывают дату до 1 января 1970 г., браузер автоматически забудет файл cookie. Чтобы исправить это, установите правильное время и дату на своем компьютере.
  • Вы установили приложение, которое отслеживает или блокирует установку файлов cookie.Вы должны отключить приложение при входе в систему или проконсультироваться с системным администратором.

Почему этому сайту требуются файлы cookie?

Этот сайт использует файлы cookie для повышения производительности, запоминая, что вы вошли в систему, когда переходите со страницы на страницу. Чтобы предоставить доступ без файлов cookie потребует, чтобы сайт создавал новый сеанс для каждой посещаемой страницы, что замедляет работу системы до неприемлемого уровня.

Что сохраняется в файлах cookie?

Этот сайт не хранит ничего, кроме автоматически сгенерированного идентификатора сеанса в cookie; никакая другая информация не фиксируется.

Как правило, в файлах cookie может храниться только информация, которую вы предоставляете, или выбор, который вы делаете при посещении веб-сайта. Например, сайт не может определить ваше имя электронной почты, пока вы не введете его. Разрешение веб-сайту создавать файлы cookie не дает этому или любому другому сайту доступа к остальной части вашего компьютера, и только сайт, который создал файл cookie, может его прочитать.

Профессор биологии открывает курс по инфекционным заболеваниям для широкой публики

Подкаст-класс на UCTV и других каналах для анализа биологических корней и распространения коронавируса

Доцент Отделения биологических наук Джастин Мейер.

Доцент биологических наук Джастин Мейер курирует лабораторию, которая специализируется на эволюции вирусов и естественных процессах, ускоряющих их распространение. Он выращивает вирусы в чашках Петри и изучает их эволюцию в реальном времени, время от времени наблюдая, как они мутируют в новые виды.

COVID-19 дает Мейеру и его ученикам беспрецедентную возможность анализировать распространение пандемии, меняющей общество, в режиме реального времени; теперь эти идеи стали доступны широкой публике. Весенний курс Мейера 2020 года «Эволюция инфекционных заболеваний» будет доступен здесь, на UCTV и других публичных платформах.

В то время как класс обычно включает заключительную лекцию, посвященную эпидемиям в новостях — в последние годы Зика, Эбола и устойчивость к антибиотикам — Мейер адаптирует свой предстоящий класс для анализа последних событий COVID-19 по мере их развития.Он планирует начинать каждую лекцию в предстоящем курсе с обновленной информации о распространении COVID-19 и обсуждения того, как концепции эволюционной биологии связаны с продолжающейся пандемией.

«Пандемия COVID-19, несомненно, является определяющим моментом в нашей жизни, поскольку она заставляет людей и общество работать вместе, чтобы замедлить распространение этой разрушительной болезни. Я рад, что курс Джастина Мейера будет доступен для широкой аудитории, так как он хорошо подходит для того, чтобы дать уникальное представление о COVID-19 по мере развития болезни в реальном времени », — сказал Кит Польяно, декан биологического отделения Калифорнийского университета в Сан-Диего. Наук.«Я призываю всех следовать его курсом всю весну, чтобы вы могли занять (виртуальное!) Место в первом ряду, когда он представляет новые разработки в этой быстро меняющейся вспышке».

Изображение предоставлено iStock.com/inkoly

Курс Мейера обычно охватывает распространение патогенов и связанных с ними концепций в эволюционной биологии с акцентом на инновации, которые можно использовать для борьбы с болезнями. Он также говорит о необходимости учитывать эволюцию при разработке методов лечения, поскольку будущие методы лечения должны будут включать комплексные стратегии, выходящие за рамки лечения болезней, а также учитывать эволюционный потенциал патогенов.

Мейер ведет этот класс, один из крупнейших в своем классе, преподаваемый в высших учебных заведениях, с 2016 года. Курс для старших классов охватывает современные идеи и данные и не привязан к учебнику, поскольку современные исследования в области инфекционных заболеваний стремительно набирают обороты. новые идеи и инновационные технологии для их понимания.

Всего несколько месяцев назад, когда Мейер начал готовиться к преподаванию весеннего класса, он понятия не имел о значимости этого курса.

«Я могу изменить некоторые темы, если появится новая информация о COVID-19 и появятся более важные материалы, которые нужно просмотреть», — сказал Мейер.«Например, если будут открыты методы лечения COVID-19, я буду держать в лекциях аспекты эволюции лекарственной устойчивости. Однако, если есть последние новости о вакцине, я бы прочитал лекцию об эволюционных стратегиях оптимизации эффективности вакцины ».

сотрудника лаборатории Мейера (2018 г., слева направо) Сара Медина, Виктор Ли, Джастин Мейер и Кэтрин Петри.

Мейер планирует сохранить некоторые из основных предметов своего курса, такие как растущая угроза устойчивости к антибиотикам, которая, как он предупреждает, будет продолжать проявляться как социальная угроза с точки зрения бактерий.

«Моя работа состоит в том, чтобы привлечь внимание ученика и осветить те темы, которые становятся все более важными», — сказал Мейер, который видит свой предстоящий курс как важное средство для охвата широкой аудитории. «Я педагог, поэтому чем больше людей я смогу обучить, тем лучше. У большинства людей есть ощущение, что они хотят каким-то образом внести свой вклад в борьбу с этой пандемией. Я не врач, поэтому считаю, что мой самый важный вклад — это просвещение ».

Мейер примет участие в круглом столе в формате Zoom «Глубокий взгляд на биологию и эволюцию COVID-19» во время специальной программы по UCTV, которая дебютирует 9 апреля.Последние обновления о коронавирусе и информация для сообщества Калифорнийского университета в Сан-Диего доступны по адресу: coronavirus.ucsd.edu.

Поделиться

Профессор Калифорнийского университета в Дэвисе рассказывает о лечении болезни Альцгеймера

Оан Мейер, доцент Калифорнийского университета в Дэвисе, обсуждает свою работу с болезнью Альцгеймера в своем кабинете на кафедре неврологии Калифорнийского университета в Дэвисе в Сакраменто.Теодора Ю. [email protected]

Оан Мейер не новичок в болезни Альцгеймера. Ее повседневная жизнь вращается вокруг заботы о тех, кто страдает этим недугом.

Офис Мейера находится в Центре болезни Альцгеймера Калифорнийского университета в Дэвисе в Сакраменто. Но ее помощь выходит за рамки клиники: ее матери диагностировали болезнь Альцгеймера, прогрессирующее заболевание, которое обычно вызывает слабоумие и неизлечимо.

Как основной помощник по уходу, Калифорнийский университет, помощник адъюнкт-профессора Дэвис понимает проблемы, препятствия и эмоциональное бремя, которые связаны с этой ролью — особенно для новых иммигрантов — но часто игнорируются или увольняются.

Наблюдение за членом семьи

Однажды ночью было 3 часа ночи, и Мейер проснулась от звука в своей спальне — кто-то отключал ночники. «Это было неприятно, — вспоминал Мейер.

В своих обычных черных штанах и свитере вместо пижамы силуэт ее матери начал различаться в темноте.84-летняя Ань Ле раньше отключала ночники, боясь, что электричество может вызвать пожар.

Оан Мейер (справа) и ее мать, Ань Ле, обедали 21 декабря в ресторане Ханой Фо в Элк Гроув. Май Ле-Дилой

В другую ночь Мейер разбудил сигнал тревоги в гараже.Ле спустился в гараж, вышел на улицу и оставил дверь открытой. Мейер выключила будильник и проводила Ле в ее комнату.

Иногда ей приходилось оставаться за пределами комнаты Ле, чтобы убедиться, что ее свет не включился снова. Затем она лежала на кровати час или больше, глубоко вздыхая и просматривая социальные сети, пытаясь снова заснуть, чтобы подготовиться к наступающему дню.

Параллель

Мейер всегда интересовался проблемами психического здоровья азиатских иммигрантов.В 2011 году она даже начала учиться в докторантуре Калифорнийского университета в Сан-Франциско, специализируясь на проблемах психического здоровья среди азиатских меньшинств.

Но именно тогда у Ле начали проявляться симптомы когнитивного нарушения, а в 2014 году у нее была диагностирована болезнь Альцгеймера. Два года спустя Мейер жила со своей матерью, чтобы лучше о ней заботиться.

Мейер призналась, что быть главной опекой матери — это стресс. Несмотря на то, что она понимает на академическом уровне, что ее мать будет продолжать ухудшаться, ей трудно применить это знание в случае матери, учитывая эмоциональные потрясения, которые повлечет за собой такая уступка.

«Иногда я горжусь собой из-за того, что я не быстр и не короток, — сказал Мейер.

Иногда маска соскальзывает, и она может быть немного резкой. Когда это происходит, Мейер сказала, что чувствует себя виноватой и на следующий день старается быть более милой с матерью.

«Это сложно, когда вы занимаетесь этим каждый день», — сказала она. «Вы человек, и это сложно».

Стигма, травма и недостаток знаний

Благодаря своим исследованиям и опыту ухода за больными, Мейер обнаружила, что многим вьетнамским пожилым людям не хватает знаний о болезни Альцгеймера и они долго ждут, прежде чем обратиться за помощью или поставить диагноз.

Иногда стигма отталкивает их от лечения, и во многих случаях за одним членом семьи ухаживают несколько человек, и могут возникать конфликты, когда они не соглашаются, что делать.

И они не единственные.

Согласно отчету, опубликованному в этом году Ассоциацией Альцгеймера, большинство текущих исследований деменции среди азиатских подгрупп ненадежны, и необходимы дополнительные исследования, чтобы сделать важные выводы о распространенности болезни Альцгеймера и других видов деменции среди американцев азиатского происхождения и подгрупп.

В 2015 году Мейер опубликовал исследовательскую работу, в которой задокументировал опыт вьетнамских лиц, осуществляющих уход, в попытке помочь им лучше понять контекст борьбы с болезнью Альцгеймера.

Травма во время войны является одним из факторов, который может усугубить последствия болезни Альцгеймера и деменции для вьетнамских иммигрантов. Сохранив свои долговременные воспоминания, Мейер отметил, что многие люди, получающие медицинскую помощь, повторяют травмирующие истории о коммунистических силах, которые напали на Вьетнам до падения Сайгона и убегали от бомбардировок.

Она хочет изучить, может ли травма военного времени, усиленная иммиграцией в новую страну, ухудшить поведенческие симптомы у людей с деменцией.

В 2018 году она опубликовала еще одну статью, в которой исследуется культурно компетентная программа по снижению стресса для лиц, осуществляющих уход за своими вьетнамскими близкими, страдающими деменцией и болезнью Альцгеймера, а также для обучения их тому, как получить соответствующую медицинскую помощь и как помимо прочего, иметь дело с жизненными ситуациями в качестве помощника по уходу.

Позже она начала шестинедельную программу поддержки для лиц, осуществляющих уход, из Сакраменто и Сан-Хосе.

«Например, лица, осуществляющие уход, могут узнать о протоколе, когда получатель ухода отказывается мыться», — сказал Мейер. Они также могут научиться управлять стрессом и эмоциями с помощью дыхательных упражнений и растяжки.

Информация, которую многие лица, осуществляющие уход, сочли полезной, включает горячую линию Ассоциации болезни Альцгеймера и службы поддержки на дому для малообеспеченных семей, помогающие оплачивать уход, сказал Мейер.

«Оказавшись в безопасном месте, они открылись для обмена, и стигма исчезла», — сказала она.

Вы не одиноки

Дэн Чыонг, житель Сакраменто и ухаживающий за своей женой, участвовал в программе, но поначалу был настроен скептически.

«Почему я должен открывать свою жизнь незнакомым людям?» он вспомнил, как думал.

Но он все равно попробовал — и был рад, что сделал.

У 34-летней жены Труонга впервые проявились симптомы болезни Альцгеймера, такие как потеря памяти, в 2004 году, когда ей было за 50.

Чыонг сказал, что он чувствовал себя подавленным после того, как ему пришлось бросить свою работу в пищевой промышленности, в которой он работал и так сильно любил, чтобы заботиться о ней.

«У меня восьмичасовая работа. Как мне с этим справиться? » — сказал Чыонг. «Какое-то время я просто шел на работу в 8, приходил домой на час, чтобы пообедать с ней и укладывать ее спать, снова возвращался на работу и возвращался домой в 4 часа. Но это убивало меня, потому что неизвестно что она будет делать с 12 до 16 »

«Я остался дома, но ты можешь смотреть только на« судью Джуди »», — сказал он.

Дэн Чыонг и его жена Нга Нгуен позируют для фото в ресторане The Waterboy в Сакраменто в 2014 году. Дэн Чыонг

Поскольку у жены Чыонга развилась тревога разлуки, что является распространенным симптомом болезни Альцгеймера, она сопровождала Чыонг, куда бы он ни пошел. Позже он нашел более гибкую работу и отправил жену в детский сад, пока он работает.

Труонг сказал, что самое важное осознание, к которому он пришел благодаря программе, — это просто осознание того, что он не один.

«Были и другие, которые боролись, как я, — сказал Труонг. «Это забавно, потому что вы можете идентифицировать перечисленные (в программе) вещи, которые только что со мной произошли. Именно это заставляло меня возвращаться сюда каждую неделю ».

Чыонг подружился в программе и помог сформировать сеть поддержки. Одна участница позвонила ему неделю назад, чтобы сообщить ему о своем муже, и спросила, были ли у него такие-то симптомы или нет.Они разговаривали по телефону больше часа.

«Это облегчение, когда ты можешь об этом говорить», — сказал Труонг. «Стресс уходит».

По его словам, присутствие на программе переводчика, обеспечивающего устный перевод для участников, тоже было полезным.

«Этой болезни нужно научиться, потому что вы не готовы к ней», — сказал Труонг.

Мейер пригласил экспертов из Ассоциации Альцгеймера и из групп социальных служб, чтобы они помогли с вопросами во время вмешательства, и раздал карточки с контактной информацией.

«Я не знала, что существуют такие места, как долгосрочный уход на дому или временный уход», — сказал Труонг.

Что поддерживает Труонг, так это моменты просветления, которые случаются с его женой, время от времени, хотя и недолговечные.

«Иногда она меня не помнит, — сказал Чыонг. «У нее пустой взгляд — она ​​меня боится. Но когда она поймет, что это я, она очень сильно сожмет мою руку ».

Что дальше?

Для своих будущих проектов Мейер вместе с главным исследователем Ван Та Парком из UCSF создаст реестр жителей островов Азиатско-Тихоокеанского региона в Калифорнии, чтобы помочь исследователям устранить пробелы и различия, изучая население, которое обычно не учитывается.

Данные об американцах азиатского происхождения обычно объединяют подгруппы разных этнических групп вместе, что может скрыть проблемы среди подгрупп, которые часто меньше и состоят из более новых иммигрантов. Более подробные данные могут помочь организациям проводить более эффективную работу с населением в недостаточно обслуживаемых сообществах.

Реестр будет собирать информацию от 10 000 участников API, которые могут быть привлечены для участия в исследованиях и исследованиях болезни Альцгеймера и связанной с ней деменции.Ожидается, что он будет запущен в следующем году.

Исследование финансировалось Национальным институтом старения. Он будет проводиться на кантонском, английском, мандаринском, вьетнамском и корейском языках в округах Сакраменто, Лос-Анджелес и Ориндж, а также в районе залива.

Тем временем Мейер продолжает исследовать лиц, осуществляющих уход, среди населения API.

«Я думаю, что это желание оказать людям необходимую поддержку», — сказала она. «Я знаю, насколько это может быть стрессом, когда я ухаживаю за больными, и многие из них не знают об имеющихся услугах.”

Теодора Ю освещает азиатско-американские проблемы для The Sacramento Bee через Report for America. Она уроженка Гонконга, выпускница Колумбийской школы журналистики и занимается вопросами иммиграции и изменения климата.

Американская ассоциация иммунологов

Профили лидеров / География иммунологии

Карл Ф.Мейер: Иммунолог эпохи Возрождения

Чарльз Рихтер и Джон С. Эмрих
июнь / июль 2018 г., страницы 22–27

За 65 лет карьеры на трех континентах Карл Ф. Мейер (AAI 1922, президент 1940–41), известный как «K.F.» для своих коллег он был настоящим иммунологом эпохи Возрождения. Он не только добился многочисленных успехов в понимании болезней человека и животных, но также представил революционные теории передачи болезней и успешно перешагнул границу академии и индустрии.Он основал кафедру бактериологии Калифорнийского университета в Сан-Франциско (UCSF), где проработал более 60 лет. Его наследие исследований, преподавания и услуг кажется слишком большим для одного ученого

ОБРАЗОВАНИЕ

Мейер родился в Базеле, Швейцария, в 1884 году. Его интерес к патологии возник в детстве, когда его учитель биологии принес в класс рыб с опухолями или другими аномалиями для изучения учениками. Молодой Карл был очарован возможностью взглянуть на образец под микроскопом и увидеть паразита, который, возможно, был причиной порока развития.Роль паразитов в развитии болезней только начиналась — Чарльз Луи Альфонс Лаверан впервые наблюдал малярийного паразита с помощью микроскопа в 1880 году — так что Мейер переживал научную революцию прямо в своем классе.

В возрасте 18 лет Мейер поступил в Базельский университет и через один семестр перешел в Цюрихский университет из-за его известного факультета сравнительной анатомии. Там он преуспел в учебе, блестяще сдав первые квалификационные экзамены по зоологии, ботанике, физике и химии.

Из-за его интереса к срезу тканей и микроскопической структуре один из профессоров Мейера порекомендовал ему учиться у Генриха Цангера, профессора физиологии ветеринарной школы университета.

Мейер считал свой переход в ветеринарную школу настоящим началом своей карьеры. Там он смог погрузиться в физиологию и биохимию человека и животных. Его вторые квалификационные экзамены были по анатомии, физиологии, биохимии и гистологии и привели к его учебе в аспирантуре.

Прибыв в Бернский университет для работы над докторской диссертацией в 1906 году, Мейер хотел работать в лаборатории Теодора Лангханса, но сначала ему отказал выдающийся немецкий патолог. Два дня спустя, когда Лангханс проводил вскрытие, Мейер решил тайком извлечь образец опухоли челюсти из трупа, протравить его и создать срезы, в которых он обнаружил клетки печени. Он отнес слайды Лангхансу, который, не зная, откуда они взялись, согласился с диагнозом тератомы Мейера.Когда Мейер сказал ему, где он взял образец, Лангханс был настолько впечатлен скоростью и качеством секций, что сразу же нанял его для своей лаборатории.

Из-за странностей швейцарской университетской системы и разнообразной работы Мейера со многими советниками его D.V.M. был награжден Цюрихским университетом в 1909 году, несмотря на то, что он не выполнил там своей дипломной работы.

РАННЯЯ КАРЬЕРА

Вскоре после получения докторской степени Мейер отправился работать в Южную Африку к швейцарскому ветеринару Арнольду Тайлеру.Он намеревался помочь в производстве вакцины против бешенства для местного использования в Ветеринарном научно-исследовательском институте Ондерстепорта. Его обязанности там быстро росли, и в конце концов он столкнулся с Тайлером, основателем Ондерстепорта и столпом ветеринарных наук в стране. Они не согласились, может ли африканская лихорадка Восточного побережья (тейлериоз) передаваться в отсутствие клещей. Когда Мейер успешно продемонстрировал передачу и возможную иммунизацию болезни через трансплантацию тканей, вопреки ранее опубликованным исследованиям Тайлера, Тайлер потребовал опубликовать результаты от его имени как директора института.Мейер отказался, и они никогда больше не разговаривали друг с другом напрямую. В конце концов, Тайлер должен был признать, что ошибался, но Мейер к тому времени уже давно уехал из Африки.

В 1910 году Мейер приехал в Соединенные Штаты, когда принял должность доцента патологии Пенсильванского университета. Хотя интеллектуальное сообщество Филадельфии приветствовало его, он позже вспоминал, что разочарование своих студентов в Пенне и постоянно чувствовал себя посторонним в университете.Но благодаря опыту в Южной Африке он получил приглашение присоединиться к Санитарному совету по животноводству Пенсильвании и Комиссии по молоку Филадельфии; оба предложили удовлетворительные и знакомые проблемы. Его опыт работы с этими отраслевыми организациями подготовит его к долгим консультациям по обеспечению безопасности пищевых продуктов.

В эти первые несколько лет в Соединенных Штатах Мейер также имел возможность встретиться со многими гигантами ранней иммунологии в Пенсильвании и на научных собраниях, включая Джона А.Колмер (AAI 1913, президент 1917–18), Виктор К. Воган (AAI 1915) и Теобальд Смит (AAI 1920). Они помогли убедить его, что Соединенные Штаты «стоят того, чтобы остаться здесь».

Затем, в начале 1913 года, появилась новая возможность. Мейер пошел на ланч со своим коллегой в Пенне Ричардом М. Пирсом, который сразу сказал ему: «Ты собираешься в Калифорнию». Пирс не только руководил работой с Фредериком П. Гейем (AAI 1918, президент 1921–22) в Калифорнийском университете в Беркли, но он также слышал об огромном гранте от семьи Хупер на создание института. медицинских исследований в UCSF, которые, по мнению Пирса, могут стать «Западным институтом Рокфеллера.”

Мейер изначально скептически относился к переезду в Калифорнию, но он устроился на работу в Беркли, а в 1915 году также стал преподавателем недавно созданного Фонда Хупера в UCSF. Это был первый медицинский исследовательский фонд в Соединенных Штатах, который стал университетским факультетом, и он стал его вторым директором в 1921 году. После того, как Мейер дважды пересек экватор, один раз Атлантический океан и Соединенные Штаты, а также бесчисленные часовые пояса, Мейер наконец обнаружил постоянный дом в Голден Стэйт, где он оставался связанным с Беркли и UCSF на различных должностях до конца своей жизни.

В Калифорнии Мейер обрел свободу, к которой он давно стремился, исследовать свои многочисленные иммунологические интересы. Он мог исследовать конкретную тему, перейти к другой проблеме и вернуться к исходному вопросу с новыми идеями. На протяжении всей его долгой карьеры неизменным было его стремление понять, как болезни могут оставаться незаметными и незамеченными в течение многих лет, прежде чем вызвать внезапную вспышку. Его работа над циклами болезней привела его к введению новой концепции: резервуаров болезней. Такой образ мышления сыграл важную роль в борьбе с чумой на американском Западе, а также помог ему разработать эффективные методы обеспечения безопасности пищевых продуктов в различных отраслях промышленности.

ЛАТЕНТНЫЕ ИНФЕКЦИИ И РЕЗЕРВУАРЫ ЗАБОЛЕВАНИЙ

Множество болезней, которые изучал Мейер, заставили его пересмотреть основные отношения между людьми, животными и патогенами. Он утверждал, что неправильно подходить к инфекциям «с точки зрения не возбудителя, а измененного состояния хозяина — болезни». Возможность выявлять субклинические инфекции доказала несостоятельность этого подхода. Вместо этого к 1930-м годам Мейер хотел основать исследования болезней на «биологическом определении инфекции как взаимоотношений между хозяином и паразитом».«Печально известный инцидент с испорченной запеканкой из спагетти двумя десятилетиями ранее помог Мейеру задуматься о болезни.

Через несколько дней после церковного обеда 1914 года в Хэнфорде, Калифорния, 93 человека, съевшие пищу после обеда, заболели брюшным тифом. Мейер входил в группу, возглавляемую Уилбуром А. Сойером, директором гигиенической лаборатории Департамента здравоохранения штата Калифорния, которая расследовала причину вспышки. Проведя опрос пациентов с брюшным тифом в растущем городке Сан-Хоакин Вэлли о блюдах, которые они пробовали, и сверив их с меню, было установлено, что виновником является запеченное блюдо из спагетти.

Среди тех, кто принимал участие в приготовлении блюда, была работница пансионата, история болезни которой предполагала, что она, вероятно, была носителем брюшного тифа. Приготовив реплики запеканок, зараженных брюшным тифом, Сойер показал, что спагетти было невозможно нагреть настолько, чтобы убить брюшные бактерии. Когда Мейер углубился в историю, он почувствовал, что это символ «недостатка общественного сознания», который подтолкнул его к защите общественного здоровья и профилактической медицины.Для этого ему необходимо понять, почему некоторые инфекции остаются латентными, но передаются.

Воспоминание о его ранних днях в Цюрихе на рубеже веков дало некоторое понимание: в кабинете для вскрытия 98 процентов людей, умерших не от туберкулеза, тем не менее имели туберкулезные поражения, что побудило Мейера назвать население «туберкулинизованным». В начале 1920-х годов Мейер и его коллеги начали думать об инфекции с точки зрения паразитолога, заметив, что «когда у вас была инфекция аскариды или плоского червя, вы часто вообще не проявляли никаких симптомов».К 1928 году он уже начал называть бактерии и вирусы «паразитами» и рассматривать «способность животного или человека принимать этого паразита» как решающий элемент в переходе от инфекции к болезни.

Примерно в 1930 году его внимание привлекла аномально высокая заболеваемость туляремией среди людей, укушенных собаками в округе Сонома, и вскоре у него наступил момент эврики. Хотя у собак не было клинических признаков заболевания, при осмотре было обнаружено, что у них вырабатывались антитела против бактерии.Собаки были скрытыми носителями, передавая туляремию из более крупного резервуара инфицированных кроликов несчастным людям.

В своей лекции Людвига Хектоена 1931 года Мейер сформулировал теорию животного мира как резервуара болезней и надеялся, что эта модель приведет к новым подходам к борьбе с возникающими зоонозами. В конце концов, он каталогизировал десятки болезней по конкретным путям их переносчиков среди животных, что позволило ему рекомендовать вероятные стратегии диагностики и устранения, включая уничтожение инфицированных животных, вакцинацию, где это возможно, или борьбу с насекомыми-переносчиками.

ОТРАСЛИ ОБЩЕСТВЕННОГО ЗДРАВООХРАНЕНИЯ И СБЕРЕЖЕНИЯ

На протяжении своей карьеры Мейер работал с различными предприятиями пищевой промышленности над повышением безопасности пищевых продуктов, иногда спасая их от полного разорения. Вскоре после прибытия в Сан-Франциско он поставил под сомнение методы тестирования на туберкулез крупного рогатого скота и договорился с Комиссией по молоку Сан-Франциско проверить количество молока. Он обнаружил, что ни одно сертифицированное молоко не заражено туберкулезом, но «все первоклассное молоко в Сан-Франциско было инфицировано Brucella ».”

Это открытие привело к обширному исследованию патогенности Brucella , особенно у младенцев. В ходе исследования молока было обнаружено, что на одном молочном заводе производится молоко, зараженное человеческими стрептококками, что вызывало эпидемии септической ангины. Команда Мейера культивировала каждого работника на молочном заводе, и если они обнаруживали, что один из них инфицирован гемолитическими стрептококками, у рабочего был выбор: «его либо выписывали, либо за счет комиссии по молоку ему удаляли миндалины.”

В 1919 году Мейера пригласили консультировать неофициальный консорциум крупнейших консервных компаний Калифорнии по проблеме ботулизма в консервированных продуктах, поскольку он читал курсы по анаэробным инфекциям во время Первой мировой войны. Испорченные калифорнийские оливки стали причиной смерти на Среднем Западе, что привело к карантину для всех консервов Калифорнии в Мичигане и Огайо. Некоторые консервные предприятия были готовы вообще отказаться от консервирования оливок. Мейер, осознав, что у консервных заводов не было научно обоснованного метода стерилизации пищевых продуктов, взорвался предложенным решением:

Абсолютно нет! Потому что вся ваша процедура консервирования — это эмпиризм.Я могу просто представить себе, что происходит. Вы указываете на манжете рубашки время и температуру, которые, по вашему мнению, необходимы для стерилизации продукта. Затем вы помещаете его в неконтролируемую реторту. После того, как ее поварили на такое-то время, она отправляется на склад, и если она не взорвется в ближайшие 48 часов, эта вещь безопасна.

Убежденный, что Мейер может предоставить эффективный план исследований по искоренению ботулизма, директор Национальной ассоциации консервных заводов попросил его на следующее утро представить консервным предприятиям бюджет.Мейер и Эрнест Диксон из Стэнфорда сели в ресторане Pig’n Whistle в центре Сан-Франциско и за чаем составили годовой бюджет. Когда Мейер подсчитал сумму в 30 000 долларов, Диксон резко упал на свое место, думая, что консервные банки никогда не подпишут такую ​​сумму. Тем не менее Майер взял бюджет на встречу с консервными заводами.

Р. И. Бентли, президент California Packing Corporation, указал, что одна только его компания теряла 70 000 долларов в неделю из-за карантина Среднего Запада, так что предложение об исследовании было легко оправдано.Даже в 1919 году производство консервов было многомиллиардным.

В течение следующих трех лет Мейер разработал методы тестирования и стерилизации консервов, которые надежно нейтрализовали бы любые споры Clostridium botulinum , не разрушая саму пищу. Позже он пошутил, что стал «одним из самых фантастических паразитов» на крупных консервных компаниях — паразитом, без которого они не могли жить.

ЧУМА

Чума во всех ее проявлениях очаровывала Мейера еще со времен его пребывания в Африке, где он лично видел случаи заболевания.Когда он прибыл в Сан-Франциско, город недавно пережил ряд эпидемий, распространенных крысами вокруг порта. К ним относятся почти четырехлетняя (1900–1904) эпидемия бубонной чумы с центром в районе Чайнатауна и еще одна эпидемия после землетрясения 1906 года.

Однако в сельских районах вдали от порта сообщения о чуме представляли собой медицинскую загадку, поскольку они противоречили текущим медицинским теориям о передаче болезни. Согласно ведущей теории о чуме, крыса была необходимым переносчиком блох, являющихся переносчиками болезни.

В 1903 году федеральные следователи обнаружили, что рабочие Южно-Тихоокеанской железной дороги заразились бубонной чумой, несмотря на отсутствие доказательств контакта с крысами. Четыре года спустя смертельный случай чумы в округе Контра-Коста дал новые ключи к разгадке, поскольку расследование было сосредоточено на местных сусликах, которые оказались широко инфицированными. Почти сразу по прибытии в Калифорнию в 1913 году у Мейера была первая возможность лично убедиться, как Служба общественного здравоохранения США (PHS) проводила исследования чумы под руководством Джорджа Маккоя (AAI 1916, президент 1922–23).Мейер научился распознавать чуму путем вскрытия сусликов и был поражен тем, сколько зараженных животных обнаружили федеральные исследователи, раз и навсегда подтвердив, что дикие грызуны были переносчиками чумы. Но два года спустя PHS сделал то, что Мейер посчитал «самым неудачным», — объявило, что окуривание нор сусликов уничтожило чуму в Калифорнии. Конечно, эти меры на самом деле не решили проблему, и Мейера попросили проконсультироваться по поводу вспышки легочной чумы в 1919 году.

Мейер никогда не позволял помещать себя в лабораторию; с такой же вероятностью он будет охотиться на белок для препарирования. Главный прорыв произошел в 1924 году, когда беличьи блохи были обнаружены у крыс во время вспышки болезни в Лос-Анджелесе. Мейер начал верить, что «при определенных условиях беличья чума могла передаваться крысам, а у крыс она начала гореть при типичной для крыс эпизоотии». После аналогичной вспышки болезни в 1928 году Мейер ввел термин «лесная чума».«В отличие от бубонной или легочной чумы, лесная чума относится не к типу инфекции Yersinia pestis , а к резервуару бактерий, находящемуся в популяциях диких грызунов. Согласно теории Мейера, вспышки чумы не зависели от проникновения иностранных переносчиков в порт — болезнь проникла в Соединенные Штаты.

Случаи чумы у людей продолжали появляться в местах, где не было обнаружено признаков болезни среди местной фауны; для Мейера это просто означало, что существующие методы обнаружения неадекватны.Руководствуясь старыми практиками знаменитого японского бактериолога Китасато Шибасабуро, которому приписывают совместное открытие возбудителя бубонной чумы с Александром Йерсеном в 1894 году, Мейер начал вычесывать блох от диких грызунов и делать им прививки. Этот метод показал, что, хотя ни в одном из тысяч образцов грызунов не было серьезных повреждений, образцы пяти процентов блох вызвали смертельную чуму у морских свинок. Основываясь на этих данных, Мейер выдвинул гипотезу о том, что сохранение чумы в данном районе зависит от того, насколько устойчивыми были местные популяции грызунов.Этот новый образ мыслей о болезнях вскоре радикально изменит стратегии общественного здравоохранения в Калифорнии и на американском Западе в целом.

К 1935 году PHS и Департамент общественного здравоохранения Калифорнии работали с Фондом Хупера над поиском и изучением чумы в западных штатах. Вскоре они определили резервуары по крайней мере в 12 штатах, в популяциях сусликов, деревянных крыс, бурундуков, луговых собачек и сурков. В конце концов, было обнаружено, что переносчиками чумы являются сотни видов диких грызунов.Эти открытия привели к появлению первых широкомасштабных программ борьбы с грызунами на военных базах, которые начались недалеко от Сан-Франциско в Форт-Орде.

Чтобы более внимательно изучить передачу Yersinia pestis , Мейер стремился построить целый «город» для своих постоянно растущих исследований чумы. В UCSF сказали ему, что «работать с черной смертью» в университетском городке слишком опасно, но Фонд Розенберга пожертвовал средства на создание специальной безопасной лаборатории, где работа могла быть выполнена безопасно.В одной комнате было то, что стало известно как «Мышиный городок, США» — большой вольер для мышей, разделенный пополам, чтобы можно было проводить тесты на передачу и профилактику. Пол в комнате был посыпан кристаллами ДДТ и оставался безупречно белым, чтобы любая блоха, которая могла перепрыгнуть через стены Мышиного города, была сразу видна.

Мейер поместил по 100 мышей с каждой стороны «города» и дозировал воду с западной стороны сульфадиазином. Затем он позволил 800 зараженным чумой блохам вторгнуться в Мышиный город со свободой пересечь центральный барьер.В течение нескольких дней на восточной стороне бушевала чума, но мыши, которым вводили сульфат, на западной стороне оставались здоровыми. Выводы Мейера в этом и других экспериментах в Mouse Town привели к созданию методов профилактики антибиотиками для предотвращения заражения чумой, а также к улучшенным вакцинам от чумы. Изолятор произвел миллионы доз эффективной вакцины против чумы для использования в военных целях: в 1964 году в вооруженных силах США не было зарегистрировано ни одного случая чумы, даже среди военнослужащих, дислоцированных в районах, где заражение чумой произошло среди местного населения.

Неустанные исследования Карла Ф. Мейера были настолько фундаментальными и разносторонними, что в 1951 году он получил премию Альберта Ласкера за фундаментальные медицинские исследования. Эта честь была дана не какому-либо отдельному открытию, а «Механизму заражения паразитами» — подходящему итогу десятилетий работы. Комитет Ласкера признал, что у Мейера было:

.
… основная доля ответственности за борьбу с ботулизмом и за центр классификации и международной идентификации клостридий; за наше признание того, что чума является лесной, а не просто переносимой крысами; для понимания широкого спектра бруцеллеза, а не ограниченной мальтийской лихорадки, переносимой козами; для концепции орнитоза, а не орнитоза; для выяснения роли переносчика членистоногих в западном лошадином энцефаломиелите; для демонстрации того, что западные клещи также вызывают возвратный тиф; для изучения динофлагеллат, вызывающих отравление мидиями; для увеличения наших знаний о лептоспирозе; за ценную помощь в исследованиях Ку-лихорадки.

В дополнение к своим исследованиям, Мейер предлагал свои профессиональные услуги правительственным консультативным комитетам, Национальной академии наук, Всемирной организации здравоохранения и многим профессиональным организациям, включая AAI. Он был 27-м президентом AAI и более двух десятилетий редактором журнала «Иммунология». Он также был самоотверженным, творческим и незабываемым педагогом, оставившим свой след в поколениях докторантов. Мейер был настоящим иммунологом эпохи Возрождения, чья обширная работа была неоценима для этой области.


Список литературы
  • Кавано, Дэн К. «К. Работа Ф. Мейера о чуме ». Журнал инфекционных болезней 129, приложение (1974): S10 – S12.
  • Chesnutt, James G. «Премия AAAS-George Westinghouse Science Writing Awards за 1946 год: лауреат премии». The Scientific Monthly 64, нет. 1 (1947): 76–79.
  • Gutsche, Thelma. Был человек: жизнь и времена сэра Арнольда Тайлера К.С.М.Г. из Ондерстепорта .Кейптаун: Говард Тимминс, 1979.
  • Мейер, Карл Ф. «Царство животных, резервуар болезней человека». Анналы внутренней медицины 29, вып. 2 (1948): 326–346.
  • Майер, Карл Ф. Интервью Эдны Тартаул Даниэль. Областной центр устной истории. Библиотека Бэнкрофта. Калифорнийский университет, Беркли, 1961 и 1962 годы. Стенограмма.
  • Мейер, Карл Ф. и Оливер Р. Маккой. «Чума.» в «Профилактическая медицина во Второй мировой войне», т. VII: Инфекционные болезни; Болезни, передаваемые артопод, кроме малярии .Отредактированный Джоном Бойдом Коутсом. Вашингтон, округ Колумбия: Правительственная типография, 1964.
  • Мейер, Мэрион Льюис. «Краткая история Фонда медицинских исследований Джорджа Уильямса Хупера, Калифорнийский университет в Сан-Франциско». Документы Дж. Майкла Бишопа, MSS 2007-21, картонная коробка 19, папка 67. Библиотека Калифорнийского университета в Сан-Франциско, специальные коллекции.
  • Сабин, Альберт Д. «Карл Фридрих Мейер, 1884–1974». Биографические воспоминания . Вашингтон, округ Колумбия: Национальная академия наук, 1980.
  • Сойер, Уилбур А. «Девяносто три человека, инфицированных тифом, на общественном обеде». Журнал Американской медицинской ассоциации 63, нет. 18 (1914): 1537–1542.

Art Talk с Тедом Мейером

Тед Мейер с детства занимался искусством, используя тело в качестве отправной точки. Мейер, страдающий болезнью Гоше, обратился к искусству, чтобы помочь ему пережить длительное пребывание в больнице и выразить страдания, которые он испытывал из-за постоянной боли, вызванной его болезнью.Когда медицинские достижения предложили Мейеру передышку, он продолжал заниматься искусством, но не знал, в каком направлении двигаться. Случайная встреча с женщиной, у которой была травма спинного мозга, привела к его новому направлению: проекту Scarred for Life. Проект, который продолжается уже почти два десятилетия, включает в себя монопринты, снятые со шрамов, фотографии тела испытуемого с участком шрама, все еще покрытого чернилами, и рассказ о травме, вызвавшей шрам. Как отмечается на веб-сайте Мейера, отпечатки являются «исцеляющим документом для пострадавших от травм.«Художник расширил эту идею во время нашего телефонного интервью с ним, отметив:« Я думаю, что некоторые люди звонят мне, чтобы я покончил с [травмой], а некоторые звонят, чтобы я сделал снимок, чтобы отпраздновать это, потому что в любом случае они все еще жив ». Мейер также является постоянным художником в Медицинской школе UCLA Geffen, где он способствует общению и взаимодействию между студентами-медиками и художниками с различными заболеваниями. Цель программы, которая недавно расширилась до USC Keck Медицинский факультет — помочь студентам понять медицину не только с клинической, но и с человеческой точки зрения.Узнайте больше от Мейера в следующем интервью о том, как его болезнь и последующее уменьшение симптомов повлияли на его развитие как художника, почему он считает важным для медицинских работников взаимодействовать с художниками, которые также являются пациентами, и почему, по его мнению, его испытуемые привлекают к себе внимание. участие в проекте.

NEA: Можете ли вы рассказать о своем творчестве как художника?

ТЕД МЕЙЕР: В детстве я был очень болен. У меня болезнь Гоше; это дефицит ферментов.Я провел большую часть своего детства в больнице и вне ее. Я рисовал в больнице, и я очень привык использовать свой больничный опыт в своих рисунках, даже когда был очень маленьким ребенком. Я бы использовал повязки, капельницы и тому подобное на рисунках. Так что мои работы всегда были связаны с моим жизненным опытом.

Я хочу поступить в институт и изучал дизайн. На самом деле я не начинал рисовать, пока не закончил колледж пару лет. Я начал рисовать все эти картины о фигуративной работе, обычно о себе самом и о том состоянии, в котором я находился, когда были сильные боли в костях, сильная усталость и изоляция от необходимости принимать решения об использовании очень дорогих наркотиков вместо чувства вины Я даже стоил того количества наркотиков, потому что в то время они стоили около четверти миллиона долларов за штуку.Со временем это превратилось в сильное повествование о том, каково быть пациентом.

Мне повезло. Некоторые работы были показаны в Организации Объединенных Наций на групповой выставке и отправились в Японию. Казалось, люди понимают, о чем я говорю. Затем, когда мне было 34 года, мне заменили бедра. Затем, когда мне было за сорок, они предложили … заменители ферментов, которые в основном дали мне относительно нормальную жизнь. Есть еще некоторые побочные эффекты и некоторые повреждения, которые произошли до замещения ферментов, которые нельзя исправить.Но если бы вы посмотрели на меня, вы бы подумали, что я совершенно здоровый нормальный человек. В тот момент у меня был настоящий художественный кризис, потому что моя боль ушла. Моя усталость практически исчезла. Моя более короткая возможная продолжительность жизни была увеличена. Все это было мотивацией для моих работ, и какое-то время я был в творческой пустыне.

Я встретил женщину на художественном открытии, и у нас был долгий разговор о том, что вы делаете, когда ваши обстоятельства меняются? Из танцовщицы она превратилась в парализованную, но продолжала заниматься хореографией в танцевальной труппе.Она сказала мне: «Если я буду танцевать, ты сможешь рисовать». Поэтому я придумал разные способы вернуть свои работы в мир медицины. Я подумал, может быть, я смогу сделать снимок ее спины и рассказать ее историю. Вскоре, когда я показал это произведение искусства, стало совершенно очевидно, что все, у кого был большой шрам, хотели, чтобы я рассказал их историю. Люди продолжали добровольно заставлять меня делать их отпечатки, и все хотели рассказать мне свою историю…. Они стягивали штаны, натягивали рубашку и расстегивали вещи, чтобы я мог визуально увидеть, что с ними произошло.И стало очень ясно, что в этой работе есть что-то, что действительно трогало людей так, как мои картины никогда их не трогали.

Тед Мейер. Фото любезно предоставлено художником

.

NEA: Вы только что сказали, что хотите найти способ сохранить свою художественную практику в медицинском мире. Почему это было важно для вас?

МЕЙЕР: Я перешел от этой очень личной работы, которая показала много напряжения и большого разочарования, к периоду в несколько лет, когда я делал очень красивые картины о влюбленных людях, и все было счастливым, а цвета были яркими.По мере того, как я поправлялся, моя цветовая палитра менялась. Все становится более ярким с большим количеством красных, в отличие от коричневого и черного. Но я действительно чувствовал, что даже если я делал красивые картины, которые люди ценили и которые хотели положить на диван, я не делал заявления. [Взросление] Мне всегда говорили, что я долго не проживу. Когда кто-то подходит к вам и говорит: «Хорошо, у вас есть новое лекарство, и теперь у вас есть дополнительные 20 или 30 лет», вместо того, чтобы сказать: «Отлично, теперь я собираюсь просто повеселиться», Я действительно чувствовал необходимость что-то сделать с этим, что сделало бы какое-то заявление о мире.К тому времени я устал говорить о себе в художественной форме, и я хотел говорить о других людях, потому что у меня есть такая легкость говорить с другими людьми об их медицинских ситуациях. Это казалось легким прыжком, чтобы начать работать с другими людьми.

NEA: Изменило ли это ваше отношение к своему телу, когда вы занимались своим здоровьем?

МЕЙЕР: Я не скажу, что это изменило это, но это помогло людям увидеть, через что я проходил.Когда я был моложе, я был более сварливым. Я злился еще больше. Я все время чувствовал усталость. Я меньше общался с другими людьми, потому что действительно был сосредоточен на собственном здоровье. Работа действительно показала это. Мои ранние работы — это одна фигура на холсте, очень изолированные, темные цвета. Они выглядели сердитыми или представляли собой искаженные тела. Сразу после замены тазобедренного сустава, а затем, в течение года, начала замены ферментов, все изменилось. Кости восстанавливаются вечно, но примерно через три-четыре месяца моя усталость, которая заставила меня заснуть буквально в любом месте и в любое время, исчезла.Это была потрясающая трансформация — просто почувствовать «О, я могу выйти. Мне не нужно спать. Это стало очень заметно в моих картинах. Внезапно появились дополнительные фигуры, и это не были скелеты. На них была кожа, они взаимодействовали, выглядели очень чувственно, занимались сексом, смотрели друг на друга, и цвета были более яркими. Это было почти мгновенно, как только мое тело поправилось, о чем я вообще не думал, когда делал это.На самом деле только несколько лет спустя меня попросили выступить с докладом в группе художников, где я поместил все свои работы в хронологическом порядке, и когда [я] делал доклад, мне стало действительно очевидно, что Я [смотрел на работу] прямо здесь, мне сделали замену тазобедренного сустава, и прямо здесь я начал принимать лекарства. Затем я смотрел следующий слайд, и он сильно отличался от предыдущего. Это вовсе не было чем-то, где я принял осознанное решение вроде «ладно, сейчас я начну рассказывать другую историю».Так просто случилось.

Это фото военного ветерана, участника проекта Scarred for Life, будет включено в предстоящую выставку в Национальном музее здоровья и медицины. Работа и фото Теда Мейера

NEA: Если вернуться к проекту Scarred for Life, какова ваша художественная цель для этого проекта? Кроме того, как вы думаете, что заставляет людей делить эти раны?

МЕЙЕР: Проект немного изменился.Когда я только начал, это был просто отпечаток и заголовок типа «Сломанная спина» с названием позвонков…. Изначально это была идея сделать красивый принт с красивой текстурой и приятным цветом. Я бы подробно остановился на шрамах, чтобы немного подчеркнуть то, что происходило на коже со шрамом. Они выглядели как очень симпатичные японские гравюры с абстрактным рисунком. Это была моя цель; Я просто хотела сделать из них что-нибудь красивое. Но в течение первых одного или двух представлений, которые я провел с этой работой, стало действительно ясно, что люди хотят знать, каков этот человек.Я добавил фото. Они хотели узнать свои истории, поэтому я добавил их. Примерно через шесть или семь месяцев после показа первого отпечатка он значительно расширился до того, чем он является сейчас. За последние десять лет я [перешел] от простого рисования красивого цветового поля к попытке добавить много деталей о том, что случилось с человеком, попавшим в аварию. Их сбила машина? Есть ли повествование, которое я могу нарисовать на гравюре, не ударив никого по голове иллюстрацией?

Я думаю, что происходит то, что у большинства людей в этой стране довольно легкая жизнь, по крайней мере, с медицинской точки зрения, пока не случится что-то плохое, например … их сбивает машина или что-то в этом роде …Часто люди проходят через что-то, что может занять годы реабилитации или адаптации к этой новой жизни, и никогда не бывает момента, когда они могли бы отпраздновать это и сказать: «Я с этим покончил. Я покончил с этим морально или физически «. Но они приходят ко мне, и это похоже на небольшой праздник. Как будто сегодня мы собираемся превратить этот шрам в произведение искусства, и, возможно, они уйдут от него. Многие люди говорили мне, что печать завершает для них процесс исцеления.Они готовы, чтобы кто-нибудь коснулся [шрама]. Они готовы, чтобы кто-то увидел это, потому что часто люди не позволяют [другим] людям впоследствии увидеть или потрогать шрамы. Есть кое-что о том, как это вписывается в процесс заживления. Некоторые люди звонят мне перед операцией и говорят: «Как только это заживет и можно будет нанести на него чернила, я хочу, чтобы вы сделали отпечаток в память об этом». Некоторые люди ждут три или четыре года, звонят мне и говорят: «Никто этого не трогал, но я готов оставить это в прошлом.«Я думаю, что некоторые люди зовут меня покончить с этим, а некоторые зовут сделать распечатку, чтобы отпраздновать это, потому что в любом случае они все еще живы.

NEA: Можете ли вы рассказать мне, что нужно для выполнения работы, от поиска предмета до реальной механики всего этого?

MEYER : За некоторыми исключениями — потому что я сделал пару ветеранов, которых я должен был найти — в основном, все добровольцы. Я получаю электронные письма от людей со всего мира, в которых говорится: «Когда я буду в L.А. мы можем сделать распечатку? » Или кто-то знает кого-то и говорит: «У моего друга была ужасная авария, операция или что-то в этом роде, и все они покрыты шрамами». Поэтому я обычно не подхожу к людям, потому что это личное дело, и некоторые люди готовы говорить об этом, а некоторые нет. Когда я только начинал, я подошел к одному или двум людям, которых видел с плохими шрамами, и им было неудобно, когда я приближался к ним, так что с тех пор прошло семнадцать лет, когда люди просто находили меня и рассказывали свои шрамы и свои истории.

Мы назначаем время в студии, и они входят, и мы обычно сначала сидим и разговариваем около получаса, и я узнаю их историю, так что у меня есть контент, чтобы поработать над иллюстрацией. Это заставляет нас обоих чувствовать себя более комфортно, потому что человек собирается снимать рубашку, брюки, платье или что-то еще. Я наношу на них тушь, снимаю с их тела монограммы, и отпечатки сохнут в течение нескольких дней. Это дает мне время подумать, какие образы я хочу в них вложить.Пока [натурщики] красили на них чернила, я фотографирую их, потому что хочу, чтобы люди могли смотреть на их портреты и видеть, где находится шрам на теле. Я также думаю, что это отделяет меня от некоторых других проектов по созданию шрамов, потому что есть несколько других, основанных на ветеранах или женщинах, перенесших мастэктомию. Но я действительно не хочу показывать повреждения тела так сильно, как многие другие проекты шрамов. Они очень наглядные, и для меня некоторые из них очень шокируют, потому что вы видите людей со всеми их шрамами в полном цвете, в то время как у меня они покрыты чернилами.Таким образом, вы видите эту область, но не видите реальных повреждений, нанесенных телу… Я уверен, что люди, которые позируют им, получают такое же удовлетворение от позирования им, как и люди, позирующие мне, поэтому я никоим образом не отрицаю их. Но в моем случае я действительно не хотел сосредотачиваться на теле.

Когда я разговариваю с этими людьми, я думаю о них вроде меня, где у меня была одна жизнь, входящая в период, когда я получил новое лекарство, а потом у меня была совершенно новая жизнь. Итак, все дело в том, как вы ориентируетесь в своей новой жизни после большого шрама, большой операции или чего-то еще? Я думаю, что это одна из причин, по которой мне нравится этот проект, в том, что я могу слышать истории каждого.И хотя все истории начинаются со слов «Это был декабрь 1987 года, я был в машине» или «Мне вынули и заменили сердце, а также вложили новое сердце», я действительно заставляю людей сосредотачиваться на их выживание с точки разреза в их теле. Я правда хочу услышать, как они выжили? Как они реорганизовали свою жизнь? Как они смирились со всем, что с ними случилось, потому что это моя история?

У этой женщины был рак мозга четвертой стадии.Она пришла в мою студию примерно за три недели до своей смерти. Она хотела быть частью арт-проекта, который продолжится после ее смерти.

NEA: Что вы надеетесь, что зрители, приходящие на эту работу, извлекут из нее?

МЕЙЕР: Что у них есть сострадание. А также тот факт, что люди не должны воспринимать свою жизнь как должное. Многие из людей, представленных в этой коллекции, — относительно молодые люди, прошедшие через серьезные вещи….У меня есть люди, у которых новые легкие из-за того, что они курили, и печень из-за того, что они выпили, и люди, попавшие в автомобильные аварии из-за того, что кто-то не обратил внимания и ударил их на мотоцикле, или, может быть, они были пьяны и ударились о телефонный столб или что-то в этом роде. Я надеюсь, что люди будут немного больше ценить свою жизнь, но также будут видеть, что делают другие люди. Всегда бывает, что ваш друг попадает в автомобильную аварию, или ваш друг переносит операцию, или кто-то умирает, и в течение следующих двух недель им уделяют много внимания, и все их проверяют.Через несколько недель все забыто. Я слышал несколько раз, когда люди пережили это или кто-то погиб в результате несчастного случая, и они говорили: «Первые две недели — это легко. После этого, когда все перестают звонить, становится тяжело ». Я хочу, чтобы люди увидели, что для некоторых из этих людей это борьба на всю жизнь после операции или на всю жизнь заново адаптироваться к новой жизни. Поэтому, когда они читают истории, они могут видеть, что некоторые из этих людей боролись за 20 или 30 лет до операции или после операции.

NEA: Вы также связаны с UCLA в плане облегчения взаимодействия между художниками и студентами-медиками. Как это получилось?

МЕЙЕР: Я планировал умереть к тридцати, а потом внезапно этого не произошло. Пришлось открыть пенсионный счет. Иметь девушку. Постройте карьеру. Мой жизненный план состоял в том, чтобы по-настоящему повеселиться, путешествовать и умереть. Ситуация изменилась, и внезапно я в 58 лет занимаюсь созданием произведений искусства, которые идут по миру и демонстрируются в музеях, потому что я был болен.Этот рассказ и привел меня к художнику, работающему в Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе, потому что я начал слышать все эти истории. И в результате я также встречался с другими артистами, потому что все говорили: «О, вы знаете этого человека? Он занимается искусством муковисцидоза. Вы знаете эту женщину? У нее рассеянный склероз. Она рисует об этом ».

Итак, я обратился в Калифорнийский университет в Лос-Анджелесе и сказал: «У меня есть все эти художники, у которых есть действительно ценный опыт пациентов, который усиливается тем фактом, что они больны, потому что они не сделали бы свои работы, если бы не были больны.«После небольшого разговора с заместителем декана по вопросам образования и образования они решили передать мне галерею здания медицинской школы Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе. Мне дали вестибюль, чтобы разместить там галерею, и я начал приглашать художников, чьи работы соответствовали тому, что студенты-медики изучали в этом квартале в медицинской школе. Поэтому я привел женщину с мигренью, которая нарисовала об этом картину. Я привел женщину-гермофобку. Я привел женщину с рассеянным склерозом. Я провел целое шоу о артистах, больных раком.Идея заключалась в том, что затем они будут говорить со студентами-медиками и рассказывать не только о том, что врачи сделали правильно или неправильно, лечив их, хотя это часть всего, но они будут говорить о жизни пациента и о том, как это мотивирует. им быть художником. Все медицинские школы теперь должны иметь компонент гуманизма в своей учебной программе, поэтому я помогал выполнять все это в UCLA.

NEA: Как вы думаете, в чем ценность общения художников с медицинскими работниками, особенно со студентами, которые еще не работают в этой области?

МЕЙЕР: В медицинской школе студенты изучали множество процедур, и они изучают много «ищите этот уровень фермента», «проверяйте этот анализ крови», «убедитесь, что селезенка не увеличена», и всем техническим вещам.Но на самом деле их не учили смотреть на людей как на людей. Вся эта прикроватная манера поведения была на самом деле чем-то, чему вы научились, или вы не научились самостоятельно, потому что вы были хорошим человеком. Я знаю, что по моим годам, годам и годам пребывания в больницах и вне их, есть некоторые врачи, которые прекрасны, а некоторые действительно ужасны в том, что касается вас. Те, у кого были плохие отношения, на самом деле смотрели только на симптомы; они явно не воспринимали своих пациентов как людей….Мы поговорили с художником, у которого муковисцидоз, и он пришел со своим кислородным баллоном. Знаете, в тот момент, я думаю, в его легких было что-то вроде семнадцатипроцентного обмена кислорода. Вы могли слышать, как упала булавка, когда он говорил о том, каково это быть в списке ожидания и зная, что вы действительно очень больны, но вы недостаточно больны, чтобы быть в начале списка. Он делает это действительно замечательное произведение о … ожидании этих новых легких. Есть что-то в том, чтобы услышать: «Я нахожусь в нескольких дюймах от смерти, и я создаю произведение искусства, потому что это мой способ справиться с этим, и я хочу рассказать свою историю».«Это намного сильнее, чем просто читать [о муковисцидозе] в учебнике.

Чтобы узнать о пересечении искусства и медицины с другой точки зрения, послушайте наш подкаст-интервью с поэтом и врачом Рафаэлем Кампо.

Доминантная множественная эпифизарная дисплазия — NORD (Национальная организация по редким заболеваниям)

УЧЕБНИКИ
Mankin HJ, Mankin KP, eds. Множественные эпифизарные дисплазии. В: Редкие генетические заболевания, поражающие скелет .AuthorHouse, LLC, Блумингтон, Индиана; 2013: 88-95.

Jones KL, Jones MC, del Campo Casanelles, ред. Множественная эпифизарная дисплазия. В: Распознаваемые модели пороков развития человека Смита . 7-е изд. Эльзевьер Сондерс, Филадельфия, Пенсильвания; 2013: 494-495.

СТАТЬИ В ЖУРНАЛЕ
Seo SG, Song HR, Kim HW, et al. Сравнение ортопедических проявлений множественной эпифизарной дисплазии, вызванной мутациями MATN3, и COMP: исследование случай-контроль. BMC Musculoskelet Disord. 2014; 15: 84. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC3984757/

Jackson GC, Mittaz-Cettrol L, Taylor JA, et al. Псевдоахондроплазия и множественная эпифизарная дисплазия: 7-летний всесторонний анализ известных генов болезней выявляет новые и повторяющиеся мутации и дает точную оценку их относительного вклада. Hum Mutat. 2012; 33: 144-157. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC3272220/

Kim OH, Park H, Seong MW, et al. Еще раз о множественных эпифизах: этнические различия в генотипах и сравнение рентгенологических характеристик, связанных с генами COMP и MATN3. Am J Med Genet A. 2011; 155A: 2669-2680. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/21965141

Warman ML, Cormier-Daire V, Hall C, et al. Нозология и классификация генетических заболеваний скелета: редакция 2010 г. Am J Med Genet A. 2011; 155: 943-968. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC3166781/

Dahlqvist J, Orlen H, Matsson H, et al. Множественная эпифизарная дисплазия. Acta Orthop. 2009; 80: 711-715. www.ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC2823319/

Nakashima E, Ikegawa S, Ohashi H, Kimizuka M, Nishimura G.Двухслойная надколенница при множественной эпифизарной дисплазии не является исключительной причиной мутации DTDST. Am J Med Genet A. 2005; 133A-106-107. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/15633184/

Jakkula E, Makitie O, Czarny-Ratajczak M, et al. Мутации в известных генах не являются основной причиной MED; отличительные фенотипические образования среди пациентов без выявленных мутаций. евро J Hum Genet. 2005; 13: 292-301. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/15523498

Briggs MD, Chapman KL.Псевдоахондроплазия и множественная эпифизарная дисплазия: обзор мутаций, молекулярные взаимодействия и корреляции генотипа с фенотипом. Hum Mutat. 2002; 19: 465-478. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/11968079/

Чарни-Ратайчак М., Лохинива Дж., Рогала П. и др. Мутация в COL9A1 вызывает множественную эпифизарную дисплазию: еще одно доказательство гетерогенности локуса.

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован.